Самый важный на все времена Фикус!

«Мальчик с девочкой дружил
Мальчик дружбой дорожил…»

Из приоткрытого окна доносился кисловатый аромат новорожденных клейких листочков. Высокий старый тополь, точно многодетный отец тихонько покачивал своих крошечных светло-зелёных малышей на руках-ветвях, питая их своими весенними соками. Ветер сдувал с младенчиков пылинки, а солнце, водя лучем-указкой, обучало малышей фотосинтезу.
Звонок радостно залитилинькал в унисон солнечному майскому утру
Мальчик заголосил ещё не преступив дверь квартиры:
- Привет! У меня игра новая! Папа вчера ночью из командировки привёз! Бежим скорее!
- А правила? — спросила девочка.
- Да ладно, давай скорее! Мама расскажет. Мама все правила знает.
Пока дети освобождали стол и раскладывали на столе большую цветную картонку, мама мальчика быстро прочитал им инструкцию. Ребята решили, что игра не сложная и увлекательная.
Игровое поле притягивало их взгляды заманчивыми рисунками и казалось таинственным. Поделили фишки и договорились о ходах. Девочка уточнила правила ещё раз и попросила играть взаправду, а не складывать за спиной пальцы крестиком, перед тем как схитрить. Прошлый раз они как раз из-за этих дурацких крестиков и поссорились — мальчишка безстыдно мухлевал.
Поначалу девочка все время отвлекалась на разглядывание фишек и поля. В такую игру она ещё никогда не играла, но видела её у других детей и тайно завидовала.
Вскорости веселье и смех заполнили детскую комнату. Несколько раз заглядывала мама мальчика, принесла компот и пряники, открыла форточку, поправила на мальчике выбившуюся из штанишек рубашку. Проходя мимо девочки, она одобрительно погладила её по макушке.
Неожиданно девочка заметила, что мальчик все же мухлюет. Не сильно, по мелочам, но играть сразу расхотелось.
Делая свои ходы, она сомневалась и размышляла — играть дальше или не играть, но так давно девочка мечтала научиться этой игре, что решила не бросать. Мальчик мало-помалу все больше вводил в игру маленькие, не очень существенные, но свои личные поправки. Из-за них уже и правила игры становились запутанными и ненадежными.
Девочка сбегала в туалет, вымыла вспотевшие ручки, ополоснула разрумянившиеся от игры личико. А вернувшись, она обнаружила, что мальчик играет на своём поле и по каким-то только ему известным правилам. Играет с жаром, с интересом. Она было сунулась к нему со своим фишками, но была резко остановлена:
- Это моё поле! Не лезь сюда!
- Почему? Это же наша общая игра!
- Как это общая? Что ещё придумала?! Эту игру мой папа привез и я решаю, как в неё играть! Вот твоё поле и твои фишки — играй себе на здоровье.
Девочке стало грустно и одиноко. Захотелось домой, к маме, к своим играм, но она вспомнила, что, во-первых, мама убежала в парикмахерскую, пока они пошли играть к мальчику, а со старшим братом ей точно не хотелось оставаться дома одной. Брат её дразнит, заставляет убирать за ним посуду и складывать его учебники на письменном столе.
Домой возвращаться не стоило, во дворе гулять одной неохота. Щипало в носу, глаза заморгали часто-часто и в горле запершило, как при ангине.
Девочка от огорчения решила вообще больше не играть и стала выкладывать из фишек узоры, круги и спиральки. Потом она начала придумывать сама себе задания: выложить из квадратных фишек домик, а из треугольничков букет, из розовых кругляшей куклу.
Вместо куклы вышел забавный пухлый пупс. Розовый, толстый и очень смешной. Девочка нахлобучила ему на голову шапочку, у рта примостила что-то похожее на соску. Из таких фишек соска не очень получалось, но девочка решила, что эта штучка будет понарошку соской. Фишек было досточно и на солнышко, жёлтым уголком повисшее над пупсом, и на облачко, а вот на игрушки для пупса уже не хватило.
Девочке очень захотелось, чтобы мальчик тоже порадовался её пупсенышу, и даже, о чудо, — поиграл бы с ним! Мальчик откликнулся на её призыв. Вежливо взглянул на фишечного малыша. Улыбнулся, потрогал гладкие розовые кругляшки заусенечным пальчиком. Что-то попереставлял в других фигурках, уютно расположившихся на игровом поле. Поцокал языком и покивал:
- Молодчина! Здорово придумала! Я бы так не смог!
Девочкины глазки засверкали, как майские лужицы после «слепого» мелкого дождика.
- Давай вместе?- радостно предложила она мальчику
- Нет, нет! Я не буду тебе мешать. Играй сама. У тебя и так хорошо получается, а мне тут нужно свое доиграть. Я уже скоро, сейчас самое важно начинается!
- Жаль, — шепотом сказала девочка, опустила голову и опять часто-часто заморгала. Пошла в ванную вымыть соринку из глаза.
Мальчик был в упоении от придуманной им игры. А сейчас, когда он увидел, что у девочки появилась своя забава, ему стало совсем легко и радостно. Он замечал, что девочка скучала и ему было чуточку неловко. Пригласил её и увлёкся своей игрой. Не по дружески как-то выходило. А теперь все отлично! Можно ринуться в бой и всех побеждать направо, налево, сверху, снизу. Всех! И стать героем! Он потом девочке предъявит свою победу. Будет чем погордиться. Это не какой нибудь розовый пупс, это настоящая игра с опасностями, с врагами.
А девочке с пупсом играть уже расхотелось. И вообще играть расхотелось. Выставила она все фишки столбиками, облокотилась на руки и грустно смотрела на то, как играет мальчик. Иногда кое-что спрашивала, а кое-что сама додумывала. Скоро она поняла его игру.
Поросилась с ним играть. Свои фишки щедро предложила. Мальчик резко отказал, мол сложновата игра, некогда ему сейчас тратить время на объяснение правил и вообще…
- Ну вообще — так вообще, — подумала девочка и стала расставлять фишки. Елозила, елозила ими по своему куску поля. Что то переставляла, что то придумывала. Бубнила себе под нос непонятные словечки.
Мальчик опять обрадованно успокоился и ещё яростней кинулся побеждать коварных врагов. Быть героем нелегко: он был уже весь вспотевший, ворот рубашки расстегнут до половины живота, рукава задраны до локтей.
Мама зашла полить цветы. С любовью застегнув пуговички, поправив рукавчики и целуя в нос, нежно подбодрила сына:
- Ты мой герой! Самый лучший мальчик на свете! Все-все, не мешаю, мой сладкий.
Подмигнула девочке, потрепал её по щечке и вышла, тихо прикрыв дверь. Мама кажется и не заметила, как все изменилось в детской. Рядом — значит вместе. Вместе — значит не ссорятся. Не слоятся — значит в доме мир и согласие. А что ещё маме нужно?
Тем временем игра у девочка стала спориться. В глазах появился азарт. Ручки то шустро сновали по полю, меняя местами с фишки, то замирали. Глаза распахивались от удовольствиях, в горле рождалась не грустная песня, а «Марш деревянных солдатиков».
Девочка уже позабыла и первоначальные правила, и кинувшегося с головой в свою игру мальчика, и даже розового пупса. Только круглые розовые фишки напоминали ей время от времени о пухлом кукленыше.
Так они играли и играли. У каждого был построен свой игрушечный мир со своим правилами. Каждый выкладывался на всю катушку, и по-своему, но увлекательно проводил этот солнечный майский день.
А день, к слову, уже перевалил за полдень. Близилось время обеда, но девочкина мама все не звонила, а мама мальчика почему-то не звала их обедать. Наверное, чтобы не сбивать ребят с игры. Покормить она детей успеет всегда.
А мальчик видно уже выдохся. Героическая жизнь слишком утомительна. Победы ведь ещё удерживать надо! Новые правила постоянно придумывать — тоже задачка не из лёгких. Мальчик залпом осушил свой стакан сухофруктного компота, а затем и девочкин компот выпил. Вскочил на подоконник и высунул голову в открытую форточку.
Освежив себя ветерком, встал за плечом у девочки и стал рассматривать её игру. Заинтересовался, но спрашивать ничего не стал. Присел на своё место. Сгреб фишки и выставил их наподобие того, как они стояли на девочкином поле. Начал копировать её игру, но у него ничего не получалось. Мальчик разозлился и раздраженно стал расспрашивать о её правилах. Девочка ему быстро ответила, не поднимая головы.
Игра требовала внимания и сосредоточенности. Ей уже совсем не хотелось домой и она мечтала, чтобы мама после парикмахерской к соседке зашла бы. О тарелке ароматного рассольника, аромат которого уже и детскую просочимся, она и вовсе не думала. Даже этого чудного огуречно-укропного запаха не чуяла.
Одно маленькое недовольство изредка мелькало в её аккуратно причёсанный светлой головушке — отчего она сразу, как только мальчик оставил её, не придумала свою собственную игру. Напрасно она скучала, злилась, плакала в ванной, кусала от обиды губы и занимались всякой ерундой. Она оказывается тоже может придумывать игры и правила! А если захочет, сможет нарисовать и себе игровое поле. Фишки можно сделать из бабушкиных пуговиц и пластмассовых фигурок для счёта. Девочка была так весела и добра от своего веселья, что даже смело решила, что может придумать новую игру, совсем другую. И они мальчиком смогут в неё играть. Но чтобы с надежными правилами. Чтобы все по-честному. Чтобы вместе. И игра вместе и компот, а то выпил и свой и ее, а в игру не взял. Но, несмотря на недоставшийся ей компот, девочка была счастлива!
Мальчик же очень злился, что у него не получатся игра, злился, что девочка без его помощи придумал себе увлекательное занятие — и не каких нибудь розовых пупсов из фишек лепить, а играть так, что он не понимает в чем суть её игры и какие в ней правила. Ему было жутко обидно. Он же здесь главный! Игра его, дом его, мама с компотом — тоже его…
Мальчик стал дерзко пулять свои фишки на девочкино поле. Отщелкивал их пальцем, будто играл в «Чапаева». Фишки сбивали девочкины фишки. Девочка не успевала все расставлять по местам.
Её просьбы прекратить пальбу только разжигали азарт в мальчишке. Он залихватски размахивал руками, оглашал комнату боевым кличем, прыгал индейцем вокруг стола. Ему опять стало весело. Он придумал новую игру! Фишки уже валялись по всей комнате. Девочка собирала их с дивана, с подоконника, из-под стола. Она ползала и складывала в потные ладошки цветные пластмассовые фишки, боясь, что мама мальчика будет ругаться.
Мальчик, как заправский наездник оседлал стул и гоцал на нем вокруг стола, размахивая картонным полем:
- Эй, ты! Подними голову! Я твой вождь. Имя мне… Мое имя…, — мальчик замялся, подбирая наилучшее имя для вождя. Его взгляд упал на большой, сочный, мощный фикус.
фикус
- Слушай меня, девочка! Имя мне — Важный-на-все-времена-Фикус! В путь, моя, моя… Розовая туфелька!
Девочка спокойно подобрала все фишки. Сложила их аккуратно на столе. Только из розовых выложила маленького пупсика. Просто так. На память.
Мальчик не унимался:
- Ну, скачи же за мной, Розовая сандалетка!

Девочка отвела взгляд от фишек. Посмотрела на мальчика. Наморщила огорчённо личико.
В голове путались мысли:
- Ой, как же так?! Не может быть! Обидно… Как нам быть теперь?!
Она удивлённо смотрела на весело гарцующего на стуле мальчика и не могла вспомнить его имя. Ещё сегодня утром, солнечным майским утром, когда он позвонил в её квартиру, девочка кричала маме, что пришёл её друг…
Кто? Зачем?
Зато она научилась играть сама и научилась придумывать новые игры.
А мальчик… так он же Самый-главный-на-все-времена-Фикус!
13